Перепрыгивая

Перепрыгивая через лужи
На своих дватцатисантиметровых
Ты говорила - нос простужен,
Надо поосторожнее.

Жидкий

Дорога с работы всегда казалась слишком долгой. За окном автобуса медленно проплывают давно изученные и накрепко занявшие память здания, проспекты, улицы: чудесный Хатоб (только от того, что похож на крепость Средиземья), узкая Сумская, реконструируемый (или реконструирующийся) проспект Гагарина, слишко знакомый проспект Ленина, Госпром (у которого в светло-серый окрашен только фасад, а остальное - грязно-серое), впечатляющий Универ, непонятный Мяч, Пятеро с холодильником (которые наконец-то сдвинутся с места), строящийся развлекательный центр около Левады (ну вот кому пришло в голову спроектировать часть сдания шарообразной?). А внутри закупоренной фольгой и только отчасти прозрачным стеклом маршрутки ехали такие же, абсолютно такие же харьковские люди. Может даже совсем украинские, но я бы не обобщал. И у всех движение, ку-да-то, где-то, с-кем-то, ко-гда-то, тог-да-то — спешат встретиться, поужинать, разругаться, выпить пива, рассказать правду и больше никогда не видеться. И я иногда смотрю на них и думаю - кто все эти люди?

Идея бесстыдно украдена у Линор Горалик

Нора проснулась очень внезапно. Утреннее замешательство сменилось предчувствием чего-то нехорошего. Нора смекнула, что будильник не играл. "Херово, снова опоздаю" - подумала Нора и встала с кровати.
Таким было каждое утро Норы. Все как обычно: никого рядом нет, кофе варить не хочется, но надо. Все всегда происходило по давно отработанному плану: кофе, бутерброды, душ, выбор платья и т.д.
Нора не любила свою жизнь, но ничего не пыталась изменить. Тем более, что из-за работы на это просто не было времени. Поэтому каждое утро с ней были только чашка кофе и бутерброд.
Но в этот раз Нора проснулась не дома - это было странное Место. Сзади заскрипели ворота и Нора увидела человека в футболке с надписью Святой Петр. И тут она не выдержала?
- О боже, где все говно! О боже, где говно!
А всего-то клетку почистили.

Первоисточник:

глядя на своих морских свинок. Почистят тебе клетку, насыплют дезодоранта, наполнителя, опилок, сена, корма, овощей, нальют воду, повесят соль, положат игрушки, постирают гамачок, всё пригладят, взобьют, прихорошат... Запустят туда тебя, дуру, - и ты немедленно начинаешь носиться по клетке с трагическими воплями:
- О Боже, Боже, где же всё говно?!" (с)